Разумеется, самая расстановка города—уже половина игры. Далее вы придумываете уже различные приключения. Когда я захотел сфотографировать подробную обстановку для иллюстрации этого рассказа, я принял большее участие в устройстве, чем я это обыкновенно делал. На то было добиться цельности картины, выделить ее задний светлый фон, подняв некоторые деревья, не давать одному предмету заслонять другой и т. д. в том же роде. Когда фотографирование было кончено, предметы оказались более естественными. Я ушел из классной комнаты. Когда я снова вернулся туда, то увидал, что группа карабинеров, устремившаяся в трактир, круто повернула назад и беглым шагом стройно и мрачно направлялась к железно дорожной станции. Слон убежал из зоологического сад в „Синий Конец" и важно выступал в сопровождении военного патруля. Первоначально разбросанные скауты дефилировали рядами. Уэллс-старший разрушал магазин „Джокиль и К0", а возле поворота была выстроена железнодорожная станция „Красного Конца". Бревна из „Джокиль и К0" очутилось в руках соседних лавочников. Далее, церемониал в ратуше кончился, и стража удалилась. Ко всему этому ветка городской железной дороги убегала в гору к подъезду ратуши, а оттуда в зоологический сад. Это было еще только начало нового периода в деле передвижения, маленькое железнодорожное торжество. Возникло множество остановочных пунктов простого устройства. Уже начали делать массу проездных билетов таких размеров, что пассажиры могли просовывать головы в середину и носить их так, как носит мексиканец свое покрывало. Затем артиллерийская батарея повернула на Высокую улицу, где шел разговор об укреплениях. Предположим, что дикие индейцы пустились через равнины налево и напали на город! Хотя судьба и доныне пощадила наши игрушечные ящики...